Люсю разбудил резкий звонок будильника. Она приоткрыла глаза, и страдальчески вздохнув, нажала на большую красную кнопку. Тишина начала погружать женщину в сладкую дрему, но усилием воли, Люся заставила себя откинуть одеяло и сесть. Потянувшись, она размеренными движениями заправила кровать и отправилась в ванную. «Сегодня будет тяжелый день… - Подумала женщина, рассматривая свое миловидное лицо в зеркало шкафчика. – Должны привезти нового больного из областной клиники. Мда, покупка пальто откладывается на неопределенный срок…».
Через час Люся входила в здание клиники, где работала медсестрой. Женщина числилась на хорошем счету, и ей доверяли ассистировать на сложных операциях, и затем наблюдать пациента до выписки домой.
В палате, рассчитанной на двоих человек, была занята только одна кровать. Лечение в клинике обходилось довольно дорого, поэтому много мест пустовало. Люся поправила прическу (она предпочитала хорошо выглядеть даже на рабочем месте) и вошла в палату.
- Так, Примакин Анатолий Федорович. – Прочитала медсестра на карточке больного.
Как-то странно кольнуло под левой лопаткой, а когда женщина подошла поближе, ее рука судорожно сжала шариковую ручку.
Да, это был ОН. Враг ее детства, самая зловещая личность, отравлявшая ее существование и заставлявшая ее плакать в подушку долгими ночами. Прошло два десятка лет с тех пор, и Люся уже давно забыла о детских переживаниях, поэтому приступ горячей ненависти, поднимавшийся откуда-то снизу, удивил и немного испугал ее. В голове пронеслись спасительные мысли о профессиональном долге и нелепости ее реакции на давнишнюю обиду, и это немного успокоило Люсю.
Примакин потолстел и обрюзг, но выражение его лица – какое-то брезгливое и бабье, осталось прежним. Присев на стул, медсестра представилась и углубилась в чтение истории болезни.
- Скажите, мне скоро снимут повязку с глаза? – пробормотал больной, рассматривая здоровым взглядом хорошенькую медсестру.
- Он меня не узнал. – Подумала Люся, а вслух сказала. – Дня через три, не раньше.
За обедом она не могла впихнуть в себя ни кусочка.
-Ты чего, Люсь? Случилось что-нибудь? – озабоченно поинтересовалась Таня, медсестра из соседнего отделения и ее давняя подруга.
Люся отрицательно мотнула головой и продолжала сидеть, тупо уставившись в одну точку. В сердце и уме закипали злоба и желание мести. Вот он, ее звездный час! Человек, превративший ее детство в сплошной ад, был совершенно беспомощен и зависел от нее. Перед глазами женщины проплывали картины далекого прошлого: вот Толька поджидает ее после школы, чтобы ударить портфелем по голове и разорвать новую белую блузочку, а вот презрительные крики Толькиных прихлебателей, слышные всему двору: «Люська – толстая корова, Люська – безобразная уродина! Ха-ха!». Ей стоило несколько лет жизни, чтобы поверить в свою женскую привлекательность и избавиться от комплекса неполноценности.
«Это из-за него ты не вышла замуж! – прозвучал внутри пронзительный голос. – Это он во всем виноват!!»
Люся боролась с собой. Она была хорошим профессионалом и всегда отличалась рациональными и взвешенными решениями. Но с того момента, как она прочитала имя в карточке больного, вся ее уверенность испарилась, уступив место беспокойству и злости. Отдежурив смену, женщина зашла в магазин, автоматически сунув в корзину какую-то консервную банку. Руки дрожали, и Люся с трудом открыла дверной замок.
Она не могла представить, насколько сильна была та обида из детства! Эта обида съедала ее разум и разрушала сердце.
Присев в кресло, Люся закрыла глаза и заплакала. «Господи! – вырвалось из ее груди. – помоги мне! Я не знаю, что со мной! И не могу так больше! Не могу!»
Макияж растекался по лицу разноцветными полосами, но женщина не обращала на это внимания. «Господи, Господи, Господи, Господи… - бормотала она. – Господи…».
Через несколько минут она закрыла глаза, и… проснулась только под утро. Люся вдруг почувствовала себя бесконечно счастливой. От вчерашних переживаний не осталось и следа. На душе было светло и спокойно. Она подошла к настенному календарю с изображением Иисуса Христа, купленному в церковной лавке пару лет назад, и улыбнулась.
- Спасибо! – прошептала женщина и тихонько дотронулась до образа.
В этот день, и все последующее время, пока Примакин находился под ее наблюдением, Люся была необыкновенно внимательна к больному и все время с удовольствием подбадривала его. Через четыре дня, перед выпиской, он зашел в сестринскую с огромным букетом роз.
- Это Вам! – Сказал Примакин, протягивая Люсе цветы.
- Спасибо! – улыбаясь, ответила женщина.
- Вы меня не помните? Мы с Вами жили в одном доме. Я такой худой был, вечно лохматый…
- Помню. Я Вас узнала, как только увидела.
- Да? А я боялся, что Вы меня по старой памяти, залечите до смерти… Я ведь Вас тогда сильно обижал, наверное… Но это я не со зла, я тогда в Вас был влюблен…
Люся ничего не ответила. Разговор не клеился, и Ломакин удалился, прикрыв за собой дверь. Люся поставила цветы в бутылку и пошла в палату.
Вечером, возвращаясь с работы, женщина зашла в супермаркет. Стоя в очереди перед кассой, она заметила внимательный взгляд симпатичного мужчины лет тридцати. Почти одновременно они улыбнулись друг другу, а из магазина новые знакомые вышли уже весело чирикая, как будто знали друг друга сто лет. Через полгода Люся вышла за Сашу замуж (так звали мужчину из супермаркета), и это было самое счастливое событие в ее жизни.
Как-то раз, качая колыбель их чудесного сынишки, Люся открыла «случайную» страницу Евангелия от Матфея. «А Я говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас.
Ибо, если вы будете любить любящих вас, какая вам награда?»
Женщина посмотрела на личико малыша и счастливо засмеялась.
--- Авторские права на произведение принадлежат газете "Для ТЕБЯ". Публикация произведения допускается только по согласованию с редакцией газеты.
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Публицистика : Архимандрит Даниил (Сарычев) - Девятова Светлана 8 сентября 2006 года в 22 часа 45 минут мирно отошел ко Господу старец Даниил, старейший насельник московского Донского монастыря архимандрит Даниил (Сарычев).
В конце апреля 2006 года мне посчастливилось встретиться с архимандритом Даниилом. (К старцу Даниилу уже почти никого не пускали, после болезни он был очень слаб.) К весне 2006 года книга о православных старцах уже была сдана в московское издательство «Артос-Медиа», мы приступили к работе над второй частью о православных старицах. Рассказывая о схимонахине Любови, мы планировали упомянуть и о том, что блаженная старица Любовь в 1995 году встречалась с архимандритом Даниилом, хотелось немного рассказать и самом старце Данииле. Отцу Дмитрию Шпанько удалось договориться о встрече, но в самый последний момент встречу отменили, но дозвониться до меня и сообщить об этом не смогли, поэтому 30 апреля я приехала в монастырь (заранее), но в назначенный час никого не встретила. Я долго молилась у раки Святителя Тихона, и уверена, что именно по молитвам святого, спустя 2 часа попала в келью старца Даниила, где, по милости Божией, удостоилась получить благословение великого старца, и разделить праздничную трапезу с ним и его духовными чадами.
Нужно признаться, что за три дня до этого, во время обострения язвенной болезни, я не могла вообще принимать пишу, укрепляла себя лишь святой водой, просфорой, да монастырскими сухариками. Старец Даниил благословил есть вместе со всеми, по послушанию съела всё и исцелилась. (В тот день вечером я ждала очередного приступа боли, но всё прошло, на утро я могла уже кушать всё спокойно.) Слава Богу, за всё!
Вечером 21 сентября 2006 года, когда очерк о старце Данииле был в основном готов, внезапно наступило полное изнеможение - долго молилась лёжа, когда силы начали возвращаться, встала, подошла к шкафу с иконами и ощутила благоухание. Благоухала в правом нижнем углу бумажная икона Донской Божией Матери, купленная примерно в конце1991- начале 1992 года в Донском монастыре. (На обратной стороне иконы было написано –«400 лет основания Свято-Донского Ставропигиального монастыря (1591-1991г.г.)». Эта бумажная икона и Курская-Коренная икона Божией Матери «Знамение» (которую мне удалось в своё время приложить к чудотворной иконе), чудом уцелели во время пожара в 1995 году, когда от зажжённой свечи сгорели у меня дома на полке даже иконы приклеенные к деревянной основе. Взглянув на обратную сторону иконы, я вспомнила, как пятнадцать лет назад впервые пришла в Донской монастырь и подошла, как и все верующие, находящиеся около храма, к старцу Даниилу, который только что вышел из храма (в это время многие верующие устремились к нему и стали просить благословения). Благодарю Господа, что удостоилась встретиться со старцем Данилом вновь весной 2006 года.
